Второй год Майдана. Женские непридуманные истории

Второй год Майдана. Женские непридуманные истории

Харьков, 11 июня. 

Война, революция, слом времен - когда пишут об этих страшных и судьбоносных событиях, почему-то всегда делается акцент на мужчинах.

Но мы сегодня решили написать всего лишь несколько непридуманных историй о женщинах, которые волею случая оказались в самом центре того, что вот уже почти два года происходит на территории Украины.

Около двух тысяч беременных женщин, переехавших в Харьков из зоны АТО, состоят на учете в харьковских медицинских учреждениях. Об этом сегодня рассказала заместитель мэра Харькова по вопросам здравоохранения и социальной защиты населения Светлана Горбунова-Рубан. Она отметила, что за последний год в Харькове родили детей около 600 женщин, которые были вынуждены уехать из Донбасса.

Отметим, что на данный момент в Харькове официально проживают около 89 тысяч переселенцевИнга - одна из них, срок родов наступает через три месяца. До Нового года она вместе с мужем и его родителями жила в Горловке, в небольшом частном доме. Обычная жизнь, спокойная и счастливая.

Инга со свекровью

Инга со свекровью

"Муж работал в фирме по изготовлению мебели, я занималась домашним хозяйством. Вопреки анекдотам и рассказам подруг, родители мужа относились ко мне даже теплее, чем к собственной дочери, опекали, заботились, во всем нам помогали. Через пару лет после свадьбы наконец-то смогла забеременеть - вся семья была очень счастлива, особенно когда врачи сказали, что у нас будет двойня. Самое страшное, что в этот момент война шла уже полным ходом. Помню, как я шла из больницы и плакала - мы так мечтали о детях, а прийти им придется в мир, полный крови, убийств, жестокости, обстрелов. Почти сразу же после того, как стало известно о моей беременности, это стало последним доводом к переезду", - рассказывает женщина.

Ее рассказ часто прерывается всхлипами и слезами. Сейчас молодая пара снимает крошечную однокомнатную квартиру на Северной Салтовке: в ней только самое необходимое и вещи, которые ребятам удалось вывезти с собой из Горловки. Но даже за такое скромное жилье семье приходится платить больше трех тысяч гривен в месяц.

Инга убеждена, что если бы не ее беременность, ей бы удалось уговорить мужа и его семью остаться дома: "Очень скучаю по дому, по родному двору, по привычным улицам. Свекр и свекровь остались в Горловке, сказали - будут нас ждать, когда детки немного подрастут и война прекратится, чтобы нам было куда вернуться. Пока переехали в Харьков - у мужа школьный друг здесь работает в службе такси, пригласил его туда поработать. Сергей сейчас работает на двух работах одновременно, чтобы мы могли снимать жилье, оплачивать врачей, хорошее питание для меня, готовится к рождению малышей. Каждый день думаю о том, как я хочу домой!"

Женщина говорит, что как только видят ее прописку в Донецкой области, начинаются большие или маленькие проблемы.

"Это не всегда явно, но я все равно это чувствую. В больнице, в собесе, даже просто в женской консультации косо смотрят. Никогда не забуду, как молодая женщина из группы по подготовке к родам, куда я хожу каждую неделю, при всех начала кричать на меня, что это из-за таких как мы, донецкие, ее мужа призвали воевать, и от него уже две недели нет ни единого звонка", - делится с нами Инга.

Несмотря на то, что семье удалось получить регистрацию в Харькове, и есть надежда, что Инга и ее дети будут получать социальные выплаты, будущие родители намерены вернуться домой как можно скорее.

"Мы и до начала Майдана бывали в Харькове - приезжали к друзьям, ездили на рынок. Но город сильно изменился - по улицам ездят автомобили с нацгвардейцами, висят флаги Правого сектора, запрещены георгиевские ленты. Почти каждый день что-то минируют, а за неудачно сказанное слово или отказ петь гимн могут избить, отнять деньги, сумку. Я боюсь и за себя, и за будущих детей, и за мужа. Жалеем, что приехали сюда, надо было ехать сразу в Россию - уверена, там у наших детей могло бы быть будущее", - говорит женщина.

Вероника

Вероника

О Веронике мы узнали вначале из социальных сетей: перепосты призывали помочь собрать деньги для ребенка, который тяжело болен, пока его мать воюет в зоне АТО. Мы не поверили, что это реальная история, пока не нашли контакты семьи Вероники и не наведались к ней домой.

Обычный частный дом в районе спуска Жилярди, небольшой сад и несколько грядок, во дворе детские велосипеды, самокаты, разбросаны игрушки. Сейчас в этом доме живет пожилая мать Вероники, которая присматривает за тремя внуками, младший из которых лежит в больнице после тяжелой операции - у него наложено несколько скоб на левую ногу, сейчас их нужно снимать, на это нужны немалые деньги.

"Личная жизнь у Вероники всегда складывалась очень тяжело: первый муж бросил сразу после того, как узнал о беременности, об изменах второго она узнала, когда у них уже было двое детей. С работой тоже не клеилось - моя дочь человек жесткий, иногда даже конфликтный, идти на компромиссы не хочет. Я однажды у нее спросила - почему опять уволилась, она мне отвечает - не хочу всю жизнь работать на дядю. Вначале после ухода второго мужа увлеклась каким-то сектантом, мне едва удалось спасти дом, чтобы она его не переписала на руководителя секты. Потом с каким-то рокером пропадала неделями, носила кожаную куртку, вся покрылась татуировками", - рассказывает Нина Игнатьевна, мать Вероники.

Все это время пожилой женщине приходилось самой присматривать за внуками, водить их в детский сад и в школу, одевать, кормить на свою скудную пенсию: "Мальчикам тяжело объяснить, почему матери все время нет рядом, почему в доме часто появляются странные люди, нетрезвые, под наркотиками. У мальчишек тяжелый возраст - сами посудите, старшему 12, второму 9, младшему вообще 7 лет, первый класс окончил. Когда Вероника в первый раз уехала на киевский Майдан, я попыталась ей поставить ультиматум - или ты прекращаешь эту разгульную жизнь, или я больше тебе не помогаю. Она на меня посмотрела, молча, развернулась и ушла. Ну не сдавать же внуков в детский дом или приют, пришлось остаться с ними".

Вероника долго жила в палаточном городке на Майдане, домой звонила редко, но когда звонила - обещала семье, что привезет много денег, что больше они ни в чем не будут нуждаться, детей удастся устроить учиться за границу, а может даже переехать в Киев.

"Конечно, самым страшным стало известие, что она добровольцем попросилась воевать на Донбасс. У меня в голове не укладывалось, как моя девочка добровольно могла попросить убивать людей. Что я не так сделала в ее воспитании, что не так ей объясняла? Никакие деньги не стоят этого", - говорит женщина.

Нина Игнатьевна говорит, что хотя дочь воюет уже больше девяти месяцев, она не знает, как сказать внукам, где сейчас их мама.

"Я не могу объяснить им, что их мать убийца. Пусть вырастут, потом сами составят свое представление - как к этому относиться. Но в тоже время как я им скажу, если с ней что-то случится?" - рассказывает мама Вероники.

Инна Журавей, фото автора


3194

Новости партнеров

Загрузка...
Загрузка...