Павел КАЗАРИН: Украина. Рецепт победы

Павел КАЗАРИН: Украина. Рецепт победы

Что плохо в эпоху перемен – так это соблазн черно-белого зрения. Слишком силен этот наркотик, чтобы от него возможно было отказаться. Половина фэйсбука пишет о том, что черные аватарки (которые ставили в знак траура по погибшим на Майдане) – отдают червоточиной. Другая половина возмущается процедурой сбора гуманитарной помощи для подневольных срочников из внутренних войск, которых командование бросило на защиту государственных учреждений.

С каждым днем градус неверия друг в друга лишь повышается. Мы уже не смотрим широко – нам куда важнее интуитивные маркеры. Придирчиво анализируем репосты на страницах знакомых. Перлюстрируем список друзей, выбрасывая оттуда тех, кто не соответствует нашим ожиданиям. Говорим вслух о том, что не намерены терпеть во френдленте «фашизм» (причем, каждый в это понятие вкладывает что-то свое) и время от времени балуемся тотальной «зачисткой». Вычищаем инакомыслие, оставляя в ленте лишь то, что хотим и что готовы читать. Как будто мнение тех, кто с тобой не согласен, уже не имеет значения.

Это особенность любого противостояния – оно требует от своих участников четкой поляризации. Фраза про то, что самые жаркие уголки ада уготовлены для тех, кто в дни наибольших потрясений сохранял нейтралитет, всплывают в любой соцсети. И вот мы уже воспринимаем себя через призму эпоса – как героев, которые сражаются со злом. Зло бесформенное, бесчеловечное и всеохватное, победа над ним стоит любых свеч. Нет людей по противоположную сторону баррикад – одни лишь «свиные рыла». Не знаю как вы, а я от этого черно-белого зрения устал.

Потому что коллективная ненависть – это очень удобный ментальный наркотик. Она позволяет тебе не видеть бревен в собственных глазах, заставляя придирчиво находить соринки в чужих. Она погружает тебя в опьяняющее чувство собственной эсхатологической правоты – ты прав, чужак – не прав. Поэтому твои действия оправданны, а оппонент не имеет права на снисхождение.

Заметили, как много информации появляется в соцсетях про то, что «в Украине высадился российский спецназ»? Или про то, что за протестующими стоят «ястребы» из Вашингтона и Брюсселя? Мне кажется, что это, своего рода, ментальное плацебо – попытка убедить себя, что есть внешний враг, несущий ответственность за происходящее в стране. Потому что признать, что рядом могут быть люди, несогласные с тобой – это испытание. Причем, для обеих сторон сразу.

Когда страна оказывается в капкане противостояния, она невольно ощущает себя острием цивилизационной борьбы. Нечто вроде точки бифуркации, когда маятник замирает в высшей точке и любое колебание воздуха способно определить сторону, в которую он качнется. Европейский или Таможенный союз. Человек или государство. Либеральные свободы или традиционные ценности. Мы оказываемся заперты в дихотомии простых альтернатив, полутонов не существует, каждый выбор – окончательный, исторический и неколебимый. Мы спорим до хрипоты о сценариях раскола и распада страны. Ломаем копья в битве вокруг идеи сменяемости и несменяемости властей. Проводим исторические параллели и раздражаемся на тех, кто с нами не хочет соглашаться.

Единственное, что способно отрезвить в этот момент – так это понимание простого факта: в мире существует значительно больше моделей, чем мы привыкли думать.

Юго-восточная Азия. Королевство Таиланд. Гражданин Украины мог слышать о нем из туристических буклетов (царство неувядающего лета) и из новостей (Украина поставила туда большую партию БТР-ов). По большому счету, больше поводов для нас интересоваться этой страной - нет. Между тем, в Таиланде уже несколько месяцев продолжается свой Майдан.

Бангкок бурлит – улицы столицы забиты людьми, протестующими против действующего премьер-министра страны. Если обобщать до уровня макромотиваций, то на улицах страны «старые деньги» протестуют против засилья во власти обладателей «новых денег». При этом победить на выборах протестующие практически не имеют шансов – слишком сильна популистская политика властей, которая обеспечивает им голоса бедных сельскохозяйственных провинций. В прошлые годы в аналогичной ситуации протестующим удалось добиться победы в протесте (тогдашний премьер-министр – кстати, родной брат нынешней главы кабмина Йинглак Чиннават – бежал из страны), но очень скоро выборные циклы вновь вернули прежнее положение дел. Сторонний наблюдатель рискнет провести аналогию с украинской реальностью, однако Таиланд не стоит на грани «раскола» или «разделения». Протесты совершенно не касаются территорий, лежащих вне столицы – в тех же туристических зонах нет ни малейших отголосков происходящих в стране событий.

При этом в Таиланде есть свой модератор внутриполитических разборок – король Пхумипон Адульядет. Его авторитет не подвергается сомнениям, возможно, благодаря тому, что монарх не вмешивается по пустякам в происходящее в стране. При этом капитал королевской семьи довольно велик – многие социально значимые или инфраструктурные проекты (вроде строительства дорог) финансировались из бюджета монаршей семьи. В результате в любом, даже самом бедном доме с большой долей вероятности мы увидите празднично украшенный портрет монарха. Издевательства и пренебрежения к своему королю тайцы не потерпят, для них это один из главных моральных авторитетов в стране. Его слово может быть решающим в нынешнем конфликте. Если он поддержит протестующих – они одержат победу. Если осудит – они проиграют. Совершенно не декоративный король. Который, при этом, не стремится быть хозяином страны.

Вообще юго-восточная Азия – это прекрасный способ перезагрузки. Потому что ты оказываешься в стране, повестка которой совершенно не сопрягается со столь привычными нам «европейским» или «евразийским» выбором. Тут нет дискуссии о восстановлении империи или расширении Европы. Тут о России знают лишь то, что она существует, а об Украине могут не знать и этого. И когда ты едешь по улицам этой страны, то понимаешь, что люди могут существовать и вне той парадигмы выбора, который для нас всех является единственно важным в этом мире.

Вся та головоломка насчет «традиционных отношений», которую нам нередко представляют как гарант выживания страны, и вовсе здесь разбивается в пыль. И дело не в проституции, которая в Тае доступна и многообразна. Речь, в том числе, и о том, что Таиланд прекрасно существует, оставаясь, быть может, единственной страной в мире с наибольшим числом публичных транссексуалов. Сложно сказать, что стало причиной того, что именно здесь число людей, чей психологический пол отличается от биологического, настолько велик. Возможно, дело в том, что Таиланд никогда не был ни чьей колонией, а, значит, никто не выжигал «каленым железом нравственности» местные сексуальные традиции. Возможно, причина в скрытом матриархате, который заставляет сыновей искать свою нишу в «женских» ролях. Не знаю. Но число «катоев» - мужчин, изменивших свой пол при помощи хирургического вмешательства и гормональной терапии – довольно высоко. И улица не забрасывает их камнями, не делает их изгоями, нет депопуляции, а потому гражданство этой страны иностранцу получить нельзя. Кто-то скажет, что причина – в буддистском мироощущении, но как быть с тем, что даже в мусульманских районах можно встретить женщин с непропорционально большим размером ноги и кадыком?

Таиланд – это вовсе не слепок Украины. Это не пример, не цель и уж тем более не образец для подражания. Просто потому, что он бесконечно далек от нашей реальности. И в этой самой непохожести – его, быть может, главное достоинство.

Наша беда в том, что мы слишком эгоцентричны. Привыкли думать, что солнце крутится вокруг нашей повестки, что Обама и Путин просыпаются с мыслью о нас и с этой же мыслью засыпают. Каждая баррикада убеждена, что именно у нее есть рецепт единственно верной стратегии, способной привести страну в лучшее будущее. Но ведь страна – это не отстраненный объект, над которым можно и нужно проводить эксперименты. Страна – это мы с вами.

Это каждый солдат внутренних войск, который не знает, за что именно ему предлагают потерять здоровье. Это протестующие, которые устали жить в стране коллективной Врадиевки, где сословная принадлежность определяет степень твоей безнаказанности. Это милиционер, который устал жить в системе отрицательного отбора, когда попытка «служить стране» подменяется системой «жить для начальника» - и который при этом может быть скован нежеланием нарушать единожды данную присягу. Да, сегодня мы все существуем в рамках замкнутой системы, выстроенной для узкой группы лиц. Эта система будет разорвана рано или поздно. Вопрос лишь в том, кто будет бенефициаром нового порядка вещей.

А для того, чтобы участвовать в процессе перемен, надо быть «участником». Уметь видеть в тех, кто сидит по другую сторону стола, в первую очередь, людей – с их страхами и надеждами. Понимать, что мы играем не в паззл, а в лего. Что вариантов сборки системы больше, чем один. Что нет единых рецептов успеха и процветания.

Никому не станет лучше, если не станем лучше мы сами. Пора понять, что единым может быть лишь рецепт проигрыша. Мы проиграем, если перестанем видеть полутона. Мы разные, это правда. Но кто нам сказал, что у нас нет общих интересов?


Новости партнеров

Загрузка...


Загрузка...