ПЛАТОН БЕСЕДИН: «Битва за Севастополь» – напоминание о единстве русского и украинского народов

ПЛАТОН БЕСЕДИН: «Битва за Севастополь» – напоминание о единстве русского и украинского народов

Большое, красивое, эпичное кино «Битва за Севастополь» вышло через несколько недель после документального фильма Андрея Кондрашова «Крым. Путь на Родину» и воспринималось многими именно в данном разъяснительно-агитационном ключе. В том числе и из-за названия: зрителю заочно представлялись бои за город-герой, и параллели из прошлого при этом неизбежно шли в настоящее.

Однако самого Севастополя в кино Сергея Мокрицкого не так уж и много. От силы – пятнадцать минут. И фильму больше подходит данный в украинском прокате вариант названия – «Несломленная».

В основе его – реальная история советского снайпера Людмила Павлюченко, убившей во время войны 309 фашистов, за что склонные к развешиванию ярлыков американцы дали ей прозвище «леди-смерть». История, конечно, поэтизирована, интерпретирована так, чтобы зрителю было интереснее, однако становление, мотивация, терзания, лишения героини – всё это в «Битве за Севастополь» продемонстрировано в должной мере. Этакий «роман воспитания», как сказали бы в советской традиции, или self-made man story, по Голливуду.

[vsw id="fuPX8mjeb-E" source="youtube" width="425" height="344" autoplay="no"]

Из литературных аналогов вспоминаются книги Светланы Алексиевич. «У войны не женское лицо», например. Мысль эта неоднократно высказывается и по ходу фильма, но Людмила, убивая одного фашиста за другим, переубеждает зрителя в обратном.

Я не случайно сказал о Голливуде, так как в создании «Битвы за Севастополь» участвовали не только Украина (70% финансирования) и Россия, но и американцы. С одной стороны, их влияние позитивно – несколько уверенных, впечатляющих батальных сцен и профессионально сработанные кадры переломных моментов.

С другой, присутствует ненатуральность и даже фальшь происходящего, как, например, в сцене празднования Нового года в Севастополе, где шампанское льётся рекой, и антураж, точно на балу у Ростовых. Шаблонными выглядят и моменты из советской жизни, и персонажи, которых американцы, как правило, делают всегда одинаково – бестолковый, прямолинейный чекист, сопровождающий Павлюченко в американскую поездку.

Там она знакомится с Элеонорой Рузвельт, и дружба эта будет иметь продолжение. Она намёк на образ отношений советского и американского государств и народов. Отношений в трудное военное время, когда чекист просит помощи в борьбе против фашистов, настаивает открыть второй фронт, а янки начинают собирать пожертвования в характерном для их благотворительности стиле: кидают деньги и чеки в поднесённую девушками копилку.

Собственно, за непроработанность советско-американских отношений главным образом и критикуют фильм, ведя, в общем-то, те же споры, что и в жизни. Одни говорят, что американцы никак не помогали СССР в войне, а вмешались, «придя на готовое», чтобы не дать Красной армии подвинуться дальше. Другие заявляют, что помощь США в Победе существенна.

«Битва за Севастополь» ответ на вопрос о полноте участия американцев в войне, конечно, не даст. Он в принципе не подразумевался. Важнее иное – декларация общечеловеческих ценностей, как, например, в моменте, где напарник Павлюченко учит её не издеваться над фашистами, а давать им лёгкую смерть. Так происходит и в дружбе Элеоноры и Людмилы. Личный пример – вот что здесь важно. И ощущение жизни на войне, там, где, казалось бы, есть лишь смерть, не должно быть задушенным.

Артикуляция подобных высказываний была бы не столь чёткой, если бы не время, не контекст, в котором появился фильм: развал российско-украинских отношений, донбасская бойня. Сейчас уже одно то, что «Битва за Севастополь» реализована совместными усилиями Украины и России, вызывает и удивление, и уважение.

При этом фильм Мокрицкого не программный, не душу выворачивающий. Классикой военного кино вроде «А зори здесь тихие» он не станет. Но и клипмейкерской пустышкой, как «Сталинград», не является. В нём первостепенно другое – уместность и своевременность. И это не заложено в самом фильме, но создано обстоятельствами.

Военные, экономические, политические коллапсы должны отойти, и на первый план обязаны выдвинуться совместные творческие российско-украинские инициативы. Сотрудничество именно в данной сфере с попыткой осмыслить происходящее – в литературе, кино, театре, художественном искусстве – должно стать той спасительной доминантой, той скрепой, что удержит вместе единый русско-украинский народ.

Нам есть чем гордиться. Что бы ни говорил Яценюк, мы вместе, русские и украинцы (и другие народы), победили в самой чудовищной за всю историю человечества войне. Победили, проявив волю, мужество и, конечно, единство. Девятого мая мы вновь должны вспомнить об этом. И в Киеве, и в Севастополе, и в Москве.

Вспомнить и научиться любви, дружбе во время войны. «Битва за Севастополь» – ещё одно внятное напоминание об этом.

Платон Беседин , писатель и публицист


4339

Новости партнеров

Загрузка...
Загрузка...