Беженка из Славянска: кто сдается и не хочет воевать с ополченцами, расстреливают

Беженка из Славянска: кто сдается и не хочет воевать с ополченцами, расстреливают

Ростов-на-Дону, 6 июня.

Страшные истории беженцев из охваченного войной Славянска записал корреспондент Федерального агентства новостей, приехавший пообщаться с гражданами Украины, бежавшими от войны в Ростовскую область. Вот что рассказала одна из беженок: «Пятнадцать человек сдали оружие, сказали: «мы против нашего народа воевать не будем!», стали спускаться к нам, так их в спину расстреляли! — Это на ваших глазах?- Нет, друзья все это видели и нам рассказали. Тех, кто сдается и не хочет воевать, они расстреливают».

В Ростовскую область продолжают прибывать спасающиеся от войны беженцы с юго-востока Украины. Их уже почти 12 тысяч, а в ближайшие дни, вероятно, станет еще больше. Власти Ростовской области делают всё, от них зависящее, чтобы измученные и напуганные беженцы, среди которых много детей, смогли отдохнуть, прийти в себя и переждать страшные времена в безопасности.

Корреспондент Федерального агентства новостей Роман Мартынович побывал в одном из лагерей беженцев.

Лагерь в поселке «Дмитриадовка» располагается под Ростовом-на-Дону, добраться туда непросто, сориентироваться помогли местные жители.

Лагерь под охраной, на въезде дежурит полиция, всех приезжающих внимательно досматривают.

Пока журналист ждал руководство лагеря, охранник успел ему рассказать, что беженцы, и взрослые, и дети, насмотревшись на смерть и страдания, инстинктивно отходят при виде людей в форме.

«Кажется даже, что они каждую минуту готовы отбежать подальше, а, заслышав шум вертолета или самолета, в панике ищут убежище», — рассказал охранник.

На детской площадке лагеря много детей и молодых мам. Самой старшей — Свете – на вид не более 28 лет. По словам женщины, она работала в Славянске в санатории, эвакуировали их 2 июня, везли больше 12 часов.

 

 

Приводим рассказ женщин из Славянска полностью.

- Там война, мы переписываемся с нашими (родные, кто остался), — обстреливают постоянно, Святогорск взяли, и Красный Лиман, и стреляют по Семеновке, Черевковке — это две точки, по которым особенно ведутся обстрелы, а наши дома около Карачуна — в километре от этих мест. Дома полуразрушены, многие восстановлению не подлежат вовсе. Работу потеряли после 8 мая, как началась эвакуация, сказали: пишите заявление на отпуск за свой счет, на неограниченный срок, а жить на что? Мужчин наших не вывозят, их высаживают с автобусов, дают оружие в руки и приказывают воевать против нас….

- Ваших мужей заставляют воевать против вас?

- Именно так! Пятнадцать человек сдали оружие, сказали: «мы против нашего народа воевать не будем!», стали спускаться к нам, так их в спину расстреляли!!!

- Это на ваших глазах?

- Нет, это на Андреевке друзья живут, вот они все это видели и нам рассказали. Тех, кто сдается и не хочет воевать, они расстреливают. А мальчиков 18-летних, которых призвали в армию, заставляют воевать против нас, кто отказывается, — расстреливают.

Включается Анна:

- Это те люди, которые приехали нас «защищать», это та украинская армия, — они нас и убивают, детей убивают.

Света:

- Детей очень много страдает, многие писали плакаты с просьбами оставить нас в покое, что мы хотим жить в Славянске, выходили на улицы с ними, так девочку убили с таким плакатом, двенадцати лет ребенок!!! Снайпера убивают мирных жителей. Женщина вышла на балкон — ждала мужа, её застрелили.

- А какие-то знаки отличия на форме есть у тех, кто все это творит?

Света:

- У них форма и черная и пятнистая, мы даже не знаем, кто наш, кто не наш. Друзья еще одни, тоже в Андреевке живут, у них дома ближе к Карачуну, рассказывают, что к ним ночью спускаются эти люди, воруют живность, есть хотят. Так мы же не против были, накормим, сколько угодно, только не воюйте, не убивайте нас.

Анна:

- Второго числа военные украинской армии приехали в Андреевку, на трассу, на мост, их мирные жители накормили, напоили, они и говорят: все мы сдаемся, не будем против вас воевать, а сами через несколько секунд начали стрелять в этих же людей… Третьего числа, я на этом мосту была, там трупы вывозили, шлем хотел мальчик взять себе, поднял, а там мозги… Гильз много валялось, сухие пайки с надписями на английском, с номерами 13-4. Эвакуировать позволяют только мам и детей. Очень много осталось на территории Юго-Востока Украины родственников, друзей, у меня брат остался и папа, у брата совсем маленький ребенок. Многие не уезжают, боятся бросать дома, не хотят расставаться с родными. Ведь неизвестно, встретятся ли они еще когда-нибудь…

Страшные подробности приводят и другие беженцы, хотя, похоже, у некоторых из них перемешалось, чему они сами были свидетелями, а что слышали от знакомых или прочитали в интернете.

Вот что рассказывает Анастасия из Луганска, которая в «мирной жизни» работала руководителем театральной студии.

- Приехали мы сюда третьего числа, ночью. Мы не собирались никуда уезжать, я до последнего была уверена и говорила, что не будут бомбить мирное население, но муж (он в ополчении) еще первого июня сказал, что нужно будет уезжать. Когда с истребителя обстреляли администрацию, мы были дома, но слышали, как он пролетел, и взрыв тоже слышали, потом в интернете посмотрели запись с камеры наблюдения онлайн. Потом уже узнали, сколько было убитых, сколько раненых, это были простые, безоружные люди, и где гарантия, что завтра эти фашисты нападут где угодно?! После муж с другими ополченцами помогли нам уехать в Россию!

Украинские граждане благодарны России за предоставленное убежище, но ужас войны забудется еще не скоро.

- Я очень благодарна россиянам, мне очень обидно за то, что ругают и обижают Россию, — говорит Анастасия, — мы — братские народы, у меня практически все родственники из России! Я до сих пор вздрагиваю, когда самолет пролетает, или хлопки громкие, напоминающие выстрелы. Наши мужики-ополченцы не хотят убивать, не хотят воевать против этих восемнадцатилетних юнцов, брошенных на пули украинской армией, они хотят отпустить их домой. (…) Наши мужики идут по зову чести — защищать свои семьи, да и женщины идут с ними не воевать, а помощь, какую могут, оказывают. Сейчас я на море, и в первый раз в жизни меня это не радует…

На утро четверга, 5 июня, в лагере «Дмитриадовка» было уже около 290 беженцев, половина из них дети, и люди продолжают прибывать. Местные жители не остались безучастны к беде соседей: помогают, чем могут – везут продукты, лекарства, одежду, пытаются порадовать детей клубникой и игрушками или приезжают помогать в качестве волонтеров.

 

Дмитрий Майдан


240

Новости партнеров