Киевская журналистка: Юго-восток никогда не заговорит по-украински

Киевская журналистка: Юго-восток никогда не заговорит по-украински

О проблемах русскоязычных граждан юго-востока Украины пишет в своем аккаунте в социальной сети Facebook живущая в Киеве журналистка Марина Кузнецова, которой запретили вести на русском языке программу на радио. Кузнецова сравнивает политику киевских властей в отношении русскоязычных граждан юго-востока Украины с тем, как решена проблема языка в Израиле, где журналистка жила в течение некоторого времени.

ИА «Харьков» публикует эмоциональное высказывание Кузнецовой с некоторыми купюрами.

«Слушайте, а напомните мне, плиз, кто этот гений? Кому я так сильно хочу прострелить ногу? Кто первым придумал фразу «Неужели трудно выучить язык страны, в которой живешь?». Какой-то же наверняка один придурок сказал лет сколько-то там назад, и это так понравилось политтехнологам, что эта дрянь пошла в народ, как желтуха или, блин, сифилис.

«Ты же говоришь на иврите, Наташа». Да я, ***, говорю на иврите, английском, испанском и когда-то говорила на норвежском и датском (теперь забыла). Потому что это был мой осознанный выбор. Потому что я подняла *опу, выдержала почти год унижений и хамства в ОВИРе, МРЭо и прочих клоповниках, собрала чемоданы и сознательно, ключевое слово, переехала в другую страну. И еще до того как поднять *опу я была уверена, что учить и знать иврит я буду. Это был запланированный проект.

14 миллионов людей, живущих на Юго-Востоке, живут у себя дома. Следите за руками. Дома, ***, у себя они живут. И жили они там всегда. Юго-восток — их квартира. И тут в эту квартиру приходит какой-то *** с горы и говорит «а теперь ваш родной язык — украинский». Он с какой радости там родной? Потому что вам так захотелось? Да щас. »

А если вам чего не нравится — то чемодан, вокзал, Россия». То есть этот самый *** с Горы возомнил себя вершителем судеб не меньше, мало того, что он хочет изменить у огромной самоценной территории одну из важнейших сигнальных систем (лишить человека его родного языка и насильственно переучить его на другой по силе отрицательного воздействия на психику равно любой сильнейшей травме, это разновидность психологического насилия, и в силу этого факта в целом неудивительно, что появились не только увлеченные насильники, но и жертвы стокгольмского синдрома) — мало того, оно ж еще и хочет, чтобы тот, кто не хочет становиться в коленно-локтевую, немедленно, сука, за свой счет, сука, валил из страны, собирал чемоданы, влезал в долги, жил первые годы нелегалом только затем, чтоб ему, *** с горы, было хорошо. Да с какой стати вообще?

Эти люди всегда там жили и всегда говорили по-русски. В 2004 году, когда начались фокусы с языком, я с ужасом ждала, что начнут стрелять. Но начали сейчас.

Да, вы меня тогда хорошо от***ли, я помню. Я этого никогда не забуду. Я выучила этот ваш украинский. Выучила, куда деваться. Но вспоминать об этом без отвращения (как и о любом изнасиловании) — не могу.

К вашему сведению, в Израиле я могу получить в банке, на почте, в суде, на консультации у юриста и даже в такси обслуживание на любом из нужных мне (русском, английском, испанском, французском и т.д.) — языков. Конечно же, после этого я иврит выучу. Со мной по-человечески — и я по-человечески.
Привет Турчинову. И скажите ему, что нет, нельзя».

Дмитрий Майдан


461

Новости партнеров