Так освобождали Крым

Так освобождали Крым

Воинские части в Крыму, до недавнего времени занимаемые войсками Украины, постепенно переходят в распоряжение минобороны РФ. В связи с этим одной из основных проблем на сегодняшний день стало возвращение в регионы проживания солдат срочной службы.

Как проходило освобождение солдат срочной службы из украинских воинских частей, размещённых на территории Крыма, нашему корреспонденту рассказал по телефону руководитель общественной организации «Город Севастополь», руководитель ВОО «Родительский комитет Украины» в Севастополе, участник крымской самообороны Андрей Ситников.

- Андрей, расскажите, пожалуйста, о ситуации, которую 20 марта докладывали премьер-министру Крыма С. Аксёнову представители Комитета солдатских матерей г. Севастополь. По их данным, в украинских воинских частях препятствовали возвращению крымских ребят с территории Украины домой, в Крым.

- Да, такие случаи действительно были. Но насколько мне известно, эта ситуация постепенно разрешается.  Сейчас в Крыму российские войска занимают воинские части. И, разумеется, приходится решать ситуацию с теми военнослужащими, которые хотят продолжать служить в армии — российской или украинской. Это два возможных варианта из трёх: есть вариант просто получить расчёт и прекратить службу в армии.

В конце недели вернулись военнослужащие пограничники. А вот моряков с «Гетьмана Сагайдачного», который сейчас стоит в Одессе, удерживают на борту, не дают им вернуться в родной город. Мне звонили родственники этих ребят и сообщали об этом.
Было несколько случаев, когда ребята сначала собирались вернуться домой, а потом принимали решение вернуться в часть. Вот совсем недавний пример: в субботу, 22 марта, мне сообщили о семи военнослужащих одной из наших частей ПВО, которые собирались вернуться в Днепропетровск. Они должны были  пройти регистрацию  в Военном комиссариате, но в ребята передумали и планируют в понедельник вернуться в часть. Сейчас на учёт уже встало более 4 тысяч военнослужащих.

- Как я понимаю, вы принимали участие в освобождении военных частей и передаче их российским частям. Как проходит этот процесс?

- Да, сейчас много пишут о «штурмах» и «захватах». На самом деле рассказывают много того, чего не было, и нет на самом деле. Я принимал участие в освобождении нескольких воинских частей. До сих пор всё происходило довольно мирно…

- Вы просто приходите в воинскую часть…

- Да, приходили в составе отряда самообороны Севастополя. Начинался процесс переговоров. И дальше всё зависело от командного состава воинской части. Кстати, могу привести пример того, как всё проходило в штабе ВМСУ. Очень трудно шли переговоры, разумеется, украинское командование не собиралось сдавать свои позиции, но и до активного противостояния никто доводить дело не стал.

С начала марта  я добивался встречи членов координационного совета солдатских матерей г. Севастополя с замполитом штаба ВМСУ Андреем Урсулом. Дважды к нему приходили наши общественницы, просили о встрече с военнослужащими,  но, к сожалению, он препятствовал этому.  А последнюю неделю перед  освобождением штаба вообще отказывался выходить на связь.
Категорически игнорировал появление матерей начальник воинской части на мысе Фиолент, на авиабазе Бельбек полковник Юлий  Мамчур не давал возможности солдатам-срочникам встретиться с представителями координационного совета солдатских матерей Севастопополя. Также он отказывал во встречах с солдатами мне, как  руководителю ВОО «Родительского комитет Украины» в г.Севастополь.

Кстати, с Мамчуром мне довелось познакомиться ещё до прихода на аэродром Бельбек российских военных. 28 февраля он мне и другим самообороновцам пообещал, что взлётов и посадок на аэродром Бельбек больше не будет, буквально через день после этого разговора туда пытался приземлиться большой транспортный самолёт.

- Не приземлился?

- Нет, взлётная полоса на тот момент была заблокирована машинами и говорят, что был ещё штурмовик,  так вот, они, покружив над аэродромом Бельбек, улетели. При этом мне постоянно приходили тревожные сигналы о психологическом давлении  на военнослужащих Бельбека, жалобы на то, что солдат удерживали в казармах, а также на то, что у родителей нет связи со своими детьми. Была информация о том, что с ними производится анекетирование и тех, кто активно поддерживал севастопольцев, отправляли из части домой. Чуть более недели назад появилась информация о том, что их заставляют применять оружие.

- Что это означает? Где применять?

- Против гражданских лиц, против севастопольцев, самообороны. К сожалению, моё обращение через севастопольские телеканалы на эту тему было удалено. А ведь могли быть серьёзные жертвы среди людей, и мы обязаны об этом говорить.

- Как ситуация в Бельбеке развивалась далее?

-  Я просил председателя совета ветеранов  авиации г. Севастополя Лобова В.М. встретиться с военнослужащими Бельбека и знаю, что такая встреча произошла. 22 марта силами самообороны авиабаза  на Бельбеке была освобождена. Кстати, вчера же был освобождён корабль Славутич, который стоит в Севастополе.

- Как всё прошло на Славутиче?

- На Славутич отправилось 18 человек из самообороны, военных среди них не было. Всё проходило довольно спокойно, никаких повреждений во время освобождения кораблю нанесено не было. Хотя украинские СМИ написали очередную порцию лжи: о российских вооружённых военных, о том,  как  корабль громили кувалдой  и т.д. Например,  на Хмельницком у меня из вооружения был большой фонарик из каюты капитана, который я после освобождения корабля лично вернул капитану в целости и сохранности.

- Как проходило освобождение штаба ВМСУ?

- Когда мы вошли в штаб, то я первым попал в кабинет командующего ВМСУ Гайдука, он бежал, в спортивном костюме через соседний кабинет, а далее по переходу в соседнее здание.  Мы последовали за ним, но ни в одном из кабинетов его не было. Гайдука мы не обнаружили, тогда вместе с самообороновцами пришлось организовать общий выход из здания. При этом чётко могу утверждать, что никакого психологического давления на офицеров не оказывалось, всем была предоставлена возможность собрать личные вещи и спокойно покинуть помещение. И тут снова украинские СМИ позволили себе рассказать о якобы имевших место  фактах погромов и мародёрства –  так вот это обычная ложь.

Ситуация, разумеется, была сложной. Психологическое напряжение было у всех. И у нас в том числе. Его помогали снять севастопольские общественники. Военнослужащих штаба консультировали, объясняли им, что необходимо отправиться в комиссариат, где им помогут встать на учёт, получить денежные средства.
Могу сказать, что когда военные покидали штаб, их провожали аплодисментами и, как и полагается провожать достойных военных – с почётом.

- А что же Гайдук? Его вы сумели отыскать?

- Нет, Гайдука нашли другие в одном из помещений на территории штаба, одет он был в спортивный костюм, перед тем как его задержали, мы  предполагали, что он как Керенский переоденется в женское платье. Его необходимо было задержать, ведь он активно транслировал для своих подчинённых необходимость применять оружие.

Должен рассказать ещё об одном случае. 20 марта большинство украинских СМИ опубликовали информацию о захвате российскими военными и спецназом корвета Военно-морских сил Украины «Хмельницкий».

Хочу опровергнуть  эту информацию  и заявляю, что такие публикации – ложь.

Военных людей среди нас не было, а уж тем более спецназовцев. Сообщалось, что корвет получил значительные повреждения, но и эта информация также не соответствует действительности, потому что все чётко осознавали, что он в дальнейшем будет использоваться по назначению, и все старались сохранить корвет целым, избежать даже минимальных повреждений.
Информация о том, что его затопили, вообще выглядит нелепой. Корвет «Хмельницкий» освободили большей частью бойцы севастопольской самообороны. При освобождении корабля украинские военные сопротивления не оказывали, и все, к счастью, произошло мирно.

- А вообще как вели себя украинские военные по большей части? Были ли они агрессивны, пытались как-то противостоять или нет?

- Нет. Никакой агрессии мы не встречали в свой адрес. Были моменты, когда нас не пускали на корабль например. Просто поднимали трап, уходили в море, и нам приходилось на буксире  подплывать к судну, забираться на корабль уже другими способами – это уже выглядело как спецоперация – кстати, именно такие моменты и старались продемонстрировать по телевидению и называли это штурмом.
А в целом всё проходило мирно.

- Много ли ещё сегодня воинских частей в Крыму, которые остаются под управлением украинского ведомства?

- Севастопольский флот уже весь российский. Занятые вчера часть Бельбек и корабль Славутич — это уже практически последние освобожденные украинские части на территории Севастополя.

А. Дайнеко

Виктор Другоруб


326

Новости партнеров