НЮРА Н. БЕРГ: Почему Порошенко никогда не прекратит войну? Взгляд снизу

НЮРА Н. БЕРГ: Почему Порошенко никогда не прекратит войну? Взгляд снизу

Читаю ленту Facebook. Она у меня странным образом отредактирована так, что в ней излагают свои мнение и делятся информацией преимущественно мои единомышленники – более или менее. Хотя чего лукавить – таким образом, мы готовим свои ленты сами, в меру уравновешенности собственных процессов возбуждения и торможения, готовности мириться с тоннами благоглупостей и просто черных садистских глупостей.

Так вот. Основные посылы моей ленты заключаются в том, что в Киеве, не говоря уже обо всей остальной Украине, жизнь стала убогой и унылой, тоскливой и нищенской, и народ «реве та стогне» (ревёт и стонет, — ред.) едва ли не ежеминутно, но тихо, потому что боится мести названных патриотов. Что тарифы и цены убивают не только никому не нужных нахлебников-пенсионеров, мамаш-бездельниц и инвалидов, но и средний класс.

И вот на фоне этого привычного чтения, дополненного впечатлениями эмигранта, навестившего родину и ужасающегося картинами ее развала и тотальной разрухи, неприбранности и нищеты, внезапно по Viber мне звонит одна моя киевская приятельница, и выясняется, что:

Вы всё врёте. 

В Киеве все прекрасно, город вылизан как перед праздником, везде чистота. Видно, что мэр заботится.

На улицах спокойно и безопасно, можно по темноте идти спокойно, потому что стало намного тише, чем было при Януковиче. Никаких людей в камуфляже и с оружием она не видит — все это чушь.

виталий кличко

Виталий Кличко размышляет о нелёгкой жизни киевлян

Люди к ценам и тарифам уже привыкли. Да, все резко подорожало, но все приспособились. А чего же, спрашиваю, все пишут, что народ печален, озабочен и тихо ропщет? Что количество попрошаек увеличилось в разы? Что людишки запасаются дровами и буржуйками?

Ничего плохого в буржуйках нет, отвечает мне подруга, а людишки грустные, потому что война, и русские оккупанты не уходят с нашей территории. Россия должна немедленно вывести войска, и наши каналы  рассказывают, что русские снова подтягивают тяжелое вооружение, и что опять агрессоры заезжают на танках. Спрашиваю – а фото и видео где? За столько-то времени можно было хоть что-то снять? Тут голос моей, вообще-то доброй и готовой прийти на помощь, приятельницы, приобретает обертона циркулярной пилы, и она натурально верещит о том, что у нее воюет первый муж, и она все знает от него.

Например, что люди на тех территориях хотят жить на Украине, а оккупанты им не дают. И что они рвутся домой, в любимую заботливую «неньку», но не могут выехать. Я ей говорю – так те, что рвутся, не могут выехать, потому что везде стоят украинские блокпосты, и скарб отжимают под ноль, поиздеваются и не факт, что выпустят. Она мне – всё врете, у меня там муж воюет. А если кто-то не хочет жить на Украине, то пусть валит с нашей территории в Россию. Я ей – а жители Донбасса считают, что это их территория, и они сами хотят наводить там порядки. Тут голос моей собеседницы срывается в зону ультразвука, и я прошу сменить тему. Но волны утихают не скоро, и моя милая знакомица многое еще рассказывает мне о том, где она видит русских, «хвору людыну» Путина и прочих агрессоров с востока. До моего слуха доносятся лишь отдельные слова, ибо возможности человеческого слуха ограничены известным диапазоном. Но я догадываюсь об основном направлении.

Теперь о пикантном. Частично цимес состоит в том, что, когда для ее 27-летнего сына возникла реальная опасность быть мобилизованным, единственный вариант откоса, который любящая мать рассматривала, была эвакуация его к двоюродной сестре в Саратов, прямо на просторы Мордора, где, собственно и проживают оккупанты. Попытка мягко указать ей на некоторый когнитивный диссонанс вызвала припадок, похожий на истерический, но ведь это моя приятельница, и я хотела бы избежать столь острых определений ее умонастроений. Впрочем, проблема была решена с помощью старой доброй коррупции, против которой боролся горячо поддержанный моей приятельницей майдан.

Но еще больший цимес заключается в том, что много лет она ведет бизнес с русскими. Купив франшизу на торговлю одеждой одной российской марки, Дарына, назовем ее так, патриотично и красиво, успешно развивала свое дело, открыв два бутика в ТЦ с самой высокой арендной платой.  Кляня оккупантов и то и дело летая в их столицу за товаром, Дарына внезапно стала отмечать некоторое снижение объемов продаж. Кто виноват? Путин. Причем, виноватым он стал задолго до Крыма и Донбасса, а прямо с первых дней майдана вредил Украине как мог.

В обратном ее не убеждает ничто. Даже закрытие Украиной авиасообщения с Россией Дарына, которая летала в Москву минимум раз в неделю, не сбивает ее с патриотического дискурса. Теперь она натурально живет в поездах, потому что возникла надобность еще более частых поездок, а за полтора часа дороги теперь не управиться.

Дело в том, что российский одежный бренд закрылся, свернул свой бизнес, и теперь Дарыне нужно переориентироваться на другого поставщика. Угадайте с трех раз, чей он. Да, он российский снова. Почему нужно сотрудничать непременно с ненавистным оккупантом и регулярно ездить в столицу Мордора – непонятно, ведь есть столько прекрасных производителей в цивилизованном мире, сочувствующем нашей борьбе.

Еще летом 2014-го после грандиозного скандала мы договорились не затрагивать тему Донбасса, Путина и майдана и долгое время нам удавалось их обходить – исключительно потому, что я контролировала свои лицевые мышцы, и особенно мышцы, управляющие языком, не давая комментариев ее образу жизни и мыслей. И вот снова.

Петр Порошенко

Петр Порошенко не прекратит войну

Какой вывод я делаю из этого грустного общения? Порошенко никогда не прекратит войну, никогда. Дарына ненавидит власть, ненавидит фискальные органы с их удушающим вниманием, ненавидит необходимость ездить в поездах вместо быстрого и милосердного полета, ненавидит тарифы и цены, ненавидит убитый потребительский платежеспособный спрос. Но когда она видит мужиков в камуфляже, марширующих защищать ее территории, в душе ее поднимается горячая волна нерассуждающего патриотизма, на глаза наворачивается злая слеза и готовность терпеть какие угодно лишения во имя того, чтобы землю Донбасса у донбасских изъять.

Может ли отказаться от войны наваривающий на ней миллиарды коммерс Порошенко? Нет. Может ли от нее отказаться президент Украины? Нет и нет. Ибо ничто другое не удержит пасомые им стада от бунта…
Нюра Н. Берг


7751

Новости партнеров