ПЛАТОН БЕСЕДИН: Ну, кто ещё сегодня Charlie?

ПЛАТОН БЕСЕДИН: Ну, кто ещё сегодня Charlie?

Что ж, редакция французского издания Charlie Hebdo вновь отличилась. На этот раз свои макабрские карикатуры они посвятили гибели российского самолёта компании «Кагалымавиа» с 224 людьми на борту.

Пересказывать содержание рисунков – не стану. Не стоит преумножать гнусь. Но, к слову, сам художественный уровень исполнения данной сатиры (а рядом, видимо, похотливый, волосатый сатир), как говорится, оставляет желать лучшего.

Российский МИД уже отреагировал на карикатуры Charlie.

Хотя, возможно, делать этого и не стоило. Положения оно не исправит, а внимание лишний раз привлечёт. Отвечать Charlie Hebdo должны журналисты, художники, колумнисты, писатели. Наши, российские. Впрочем, французских карикатуристов ответом вряд ли переубедишь – ведь не переубедил их расстрел собственной редакции оскорблёнными исламистами, – но вот обратиться к своей стране, к своим согражданам надо. Дабы расставить фигуры в шахматной партии. Сыграем. Особенно с теми, кто ещё недавно выпячивал лозунг «Je suis Charlie» («Я Шарли»). Что скажут они? Пока эти адвокаты дьявола, в основном, молчаливы. А если и говорят – то сумбурное, неубедительное. Мол, ну это же сатира, а в ней нет запретов, пределов. Но на деле – есть.

А если всё дозволено, то и Бога нет.

Такова сегодня неолиберальная тенденция, утвердившаяся в Европе и интегрируемая к нам, в Россию и Украину. Это не значит, что Charlie – вся Европа, нет; многие там уже осудили их поступок, но тенденция обезбоживания, расчеловечивания, тенденция абсолютной вседозволенности, где можно всё, приемлемо всё, действительно имеется.

Это могут назвать торжеством толерантности и возгордиться, но толерантность – термин медицинский, антипод понятия «резистентность». Абсолютно толерантный организм недееспособен, беззащитен, он погибает от любого влияния извне.

Та сила, та тенденция, которые представляют Charlie Hebdo, направлены против самих первооснов бытия, против базовых человеческих ценностей, не будь которых – и наступит резня, хаос. Да, карикатура – тонкий, изящный жанр, но тем важнее в нём грань недосказанности, степень преувеличения, гротеска, когда нельзя не додавить, но нельзя и передавить, паразитируя на низменном, примитивном.

Так, собственно, действует дьявол, эта обезьяна Бога, которая пародирует, подражает Создателю, не способная сама давать новую жизнь, а все искусственные творения её обречены в своей уродливости. Они обратная сторона жизни, её отброшенная изнанка. И это приводит дьявола в ярость, заставляет бесноваться, вредить всё более и более, доводя себя и своих послушников до исступления.

Зло не способно к созиданию. А Charlie Hebdo хотят доказать обратное.

Конечно, под Богом и дьяволом я понимаю не только религиозный, эсхатологический контекст, но и мировое первоначалие, как источник жизни и смерти, как борьбу и единство противоположностей. Тот, кто идёт, начертывая на себе «Я Шарли», идёт не против мусульман или России, священников или пророков – нет, он прёт против того, что оживило его самого.  Таков моральный закон внутри каждого человека. И его нарушили. Но и уголовный закон Charlie Hebdo преступили также.

Я дал несколько комментариев о произошедшем. В том числе поспорил в радиоэфире с Александром Невзоровым. Он, на мой взгляд, обозначил весьма важный момент: почему все возмущённые рисунками Charlie Hebdo, как попугаи, используя слова «кощунники», «святотатство», навязывают французским карикатуристам, заявившим, что они атеисты и демократы, и им симпатизирующим свою матрицу мира?

Но ведь на самом деле всё обстоит с точностью да наоборот: это не мы навязываем им свои правила и свои ценности, а они – нам. Они смеются над нашими чувствами, издеваются над нашими традициями, подтачивая, разрушая их. В редакции Charlie Hebdo делают сатиру из трагедии тысяч людей и зарабатывают на этом деньги. Это их агрессия по нам, по нашей памяти, а не наоборот. Они пытаются доказать нам, что смеяться можно над всем, а мы отсталые дураки и неучи. Так кто кому навязывает свою матрицу мира? Не надо этой дьявольской подмены понятий.

Ну а что до реакции на карикатуры? Мы уже дали ответ. Не поняли, но простили. Хотя раньше кто-то взял автомат, гранатомёт и предпринял другие меры. Но мы не из них. Мы не сжигаем бесноватых на кострах – мы, отчитывая их в церквях, даём им свободу с правом на покаяние. Таковы право и выбор мудрого.
Платон Беседин


4667

Новости партнеров