Прифронтовой Харьков: «эскадроны смерти» гонят Украину в «рай»

Прифронтовой Харьков: «эскадроны смерти» гонят Украину в «рай»

Харьков, 27 декабря.

Чуть более месяца назад в Харькове сотрудниками СБУ был убит Виктор Топчаев. Ветеран афганской войны, участник протестных акций в Харькове в апреле-мае 2014 года, противник нынешней власти в Киеве – хунты, был цинично схвачен сотрудниками СБУ и убит.

Его пытали. Четыре дня. Все эти четыре дня, от него требовали показаний на других людей, чтобы убить и их. А он не сломался. Он не бросил любимый город, не оставил его в руках врагов, как это сделал Янукович в феврале. Он был лицом к лицу с врагом до конца. И он победил.

Да, СБУ удалось его убить. Но не повергнуть. Как говорил Фридрих Великий: «Русского мало убить, его надо еще и повалить». Повалить Виктора не удалось.

Его нашли на одной из глухих улиц района ХТЗ с переломанными ребрами и пальцами. Лицо – сплошной синяк. Черепная коробка треснута. Он был весь залит кровью. Но он был еще жив.

Прохожие, обнаружившие Виктора, тут же вызвали скорую. Его доставили в бессознательном состоянии в реанимацию. Но «бесплатная медицина», которая вполне успешно функционировала в СССР, при новой, «европейской», власти оказалась бессильна.  Не было нужных поддерживающих препаратов, не было плазмы, чтобы спасти умирающего Виктора, не было запаса донорской крови нужной группы.

Зато в это время в зоне АТО у добровольцев «Айдара» и «Азова» были теплые носочки и снарядики нужных калибров, чтобы убить побольше детей и женщин.

Виктор был в коме, и, не приходя в сознание, он умер. Точнее, его, прошедшего войну и выжившего, бывшего всегда в трезвом уме, убили те, кто, не приходя в сознание, устроил «Майдан» и продолжает убивать страну.

«Лично мы знакомы не были. Видел его пару раз на встречах ветеранов. Мои друзья-афганцы о нем хорошо отзывались. Сейчас мужики рвут и мечут», — рассказал журналисту НА «Харьков» ветеран спецназа ВВ, харьковчанин Владимир Киященко.

Убийство Виктора было не просто наглым и циничным. В городе много арестованных  оппозиционеров, судьба которых по большей части неизвестна. Смерть Виктора СБУ могла легко скрыть. Любой крематорий города в полном их распоряжении. Почему же они убили Виктора Топчаева так «показушно», намеренно публично? Чтобы видели все?

«Дело в том, что медленно, но уверено количество сопротивленцев увеличивается. К тому же фронт откатывается к Харькову. В Чугуеве расквартировали нацгвардию и добровольцев, город постепенно наводняется оружием. Случай с Виктором — это предупреждение тем, кто готов и умеет взяться за автомат. Именно поэтому так зверски убивали», — говорит Владимир Киященко.

Киевская власть нервничает. Она боится. В стране начинают действовать «эскадроны смерти». Все повторяется.

Здесь нужна небольшая ремарка. Шестидесятые. Южная Америка.  По региону, некогда метко названному писателем О’Генри «краем банановых республик», прокатывается волна правых переворотов, инспирированных США. К власти приходят бесконечные «самосы» и «пиночеты». Население, традиционно имеющее левые, социалистические убеждения, не принимает новую власть.

Он любил рыбалку, а не войну.

Он любил рыбалку, а не войну.

В ответ лавочники и мелкие предприниматели, склонные к правым и расистским идеям, организовывают «Эскадроны смерти». «Белая рука», «Эскадрон Смерти», «Сальвадорская антикоммунистическая бригада», «Карибский легион», «Центральноамериканский антикоммунистический фронт», «Око за око», «Пурпурная роза», «Новая антикоммунистическая организация», «Аргентинский Антикоммунистический Альянс» — им нет числа. То, что не может официально делать власть, делают добровольцы. Националисты. Волонтеры. В масках, с битами и цепями в руках. А чуть позже и с автоматами. Цель – запугать. Как в Одессе.

Знакомо, правда? И ты Брук…

Но не все веревочке виться… В Харькове гремят взрывы. А войска ополченцев на границе. У власти не выдерживают нервы. Смерть Виктора — тому доказательство.

«У них теперь нервозность компенсируется «волонтерской» деятельностью. Те, кто раньше бесился на площади, сейчас притихли и побираются под магазинами, собирают еду для «воякив». Правосеков и ультрас в основном привозят из Днепра. Насчет пропавших, то есть тех, кого, возможно, убили, врать не буду, не знаю. Но в СИЗО у меня есть приятель, говорит, что задержанных антимайдановцев сидит 81 человек, обвинение почти никому не предъявлено. Давят на ребят крепко», — говорит Владимир Киященко .

Виктора убили показательно. Именно, чтобы неповадно было. Чтобы видели все. Повторюсь: как в Одессе, в попытке устрашить. Только в Одессе убили сразу полсотни человек, а в Харькове медленно и со вкусом уже больше двух сотен за полгода.

«Мы ведем «Белую книгу». Все преступления хунты фиксируются. Все. И ничто не будет забыто. И это не списки, как у Васильевой в России, «от балды» — футбольных и баскетбольных команд. Это реальные люди. Смерть почти двухсот мы можем доказать с документами в руках, в суде», — рассказал журналисту НА «Харьков» Константин Долгов.

Виктор был убит именно в стиле «эскадронов смерти». Так же были убиты сестры Мирабель – три монахини-доминиканки по приказу диктатора Доминиканской республики Рафаэля Трухильо за участие в борьбе Революционного движения 14 июня. Это показательная казнь «за непослушание». И пока адвокаты Савченко бредят идеями, что Путин примерно расстреляет «летчицу-налетчицу» Савченко на Красной площади, однополчане украинской «солдатки Джейн» уже расстреливают людей в Украине.

«Я знал его довольно близко. Виктор всегда был принципиальным и прямым человеком. Никогда не скрывал своих взглядов. Всегда говорил, как думал: «Я одну присягу давал». Этой стране, говорил,  я ничего не должен, и если умру, то за ту страну, за которую в Афгане воевал.  Так и получилось. Это почти личный конфликт был. Ему СБУ начала на «мозги капать» еще в мае, когда протестное движение в Харькове было еще сильно и не скрывалось, как сейчас. Сначлала старались казаться «корешами в доску». Говорили, ну мы же все понимаем, в одних училищах учились, просто, время такое, помолчи, не «качай лодку». Мол, никто войны не хочет. А уже Одесса была. Уже была война. А потом Донбасс. И тогда они же откровенно требовали закрыть рот. Не только Виктора. Многие уехали, как Собченко, например. А Виктор остался. Это, говорил, мой город. Хрен им. А не Харьков. И у них «удило закусило». Пошли на принцип. И Виктора нет», — рассказал журналисту На «Харьков» афганский ветеран, харьковчанин Сергей.

На Украине идет война. И сколько ни называй ее антитеррористической  операцией, гражданская война не перестанет ею быть. Западу удалось главное: заставить русских воевать с русскими. И поверить, что это — дорога в «светлое будущее». В тихую, спокойную жизнь, как в «печенькоподобных» Швейцарии или Дании.

А гнать нас туда будут «эскадроны смерти».

Олег Денежка.

Ольга Бузыка


2908

Новости партнеров